October 28th, 2009

Г`усский Маг`ш

ПОскольку близится 4 ноября и Движение ПНИ, в очередной раз будет проводить терпильский "Г`усский Маг`ш", вытаскиваю картинку из архива, чтобы попеарить мероприятие.

Buy for 10 tokens
Buy promo for minimal price.

"Покайся и вернись к своему народу..."

Эскин vs Подрабинек: как антисоветчик антисоветчику



Друзья свели меня с Александром Подрабинеком осенью 1990 года - без малого двадцать лет назад. Это был мой второй визит в СССР после репатриации в Израиль в январе 1979 года. Александр выпускал уже тогда "Экспресс-хронику". Он сидел в каком-то подвале, где запах дешевого курева смягчал вонь от протухших труб. Скромный и замкнутый, Подрабинек смотрелся все еще как революционер в свитере, хоть диссидентам позволено уже было выйти из подполья и говорить вслух. Но он, как мне показалось, не хотел расставаться с диссидентским бытом. Подрабинек был со мной подчеркнуто холоден и не преминул подчеркнуть в разговоре неоднократно, что не имеет никакого отношения к Израилю и его проблемам. Его интересовали только нарушения законности на территории СССР и их разоблачение.

Мы расстались чужими людьми и больше не встречались. Своим друзьям я сказал тогда, что Подрабинек живет прошлым и почти насильственно пытается наложить свою прошлую борьбу на новую реальность, требующую обновленного подхода. Это было верно тогда и – тем более – сейчас.

Диалог с Александром Подрабинеком должен происходить в инаковом режиме, нежели с его современными либеральными единомышленниками – в недавнем прошлом прихлебателями советской системы, а ныне – лакеями потребительского тоталитаризма. Подрабинек был из тех, кто "вышел на площадь". Он провел в лагерях и ссылках свыше восьми лет. За то, что вступался за преследуемых и обездоленных, за гонимых и верующих.

Сегодня мы видим пороки и слабости диссидентского движения. Были там и выгодники, и западники, были и заступавшиеся безразборно за бывших полицаев и прочих человеконенавистников. Но при целостном охвате мы придем к выводу, что основным направлением диссидентского движения было неприятие государственной лжи и защита гонимых и преследуемых. Мы обнаружим там немало мужества и благородства. Мы не найдем там никакого ориентира на будущее и никаких идей реального исправления общества.

Сам я не был чужд этому движению изначально, но быстро ушел в сторону Сиона и Иерусалима. При этом не могу не назвать себя человеком "из антисоветского прошлого". Это объединяет меня с Подрабинеком. Однако в новое время мы размежевались полностью. Александр отвернулся от Сиона, ушел в православную веру и продолжает путь диссидента в России, заменяя любовь к ней на раздраженное отринутие обиженного и озлобленного. Я же построил дом в Иерусалиме и, укоренившись в Сионе, научился смотреть на Россию с любовью, избавившись от накипи старых обид.
Collapse )